Современный идеализм

Современный идеализм

В будущем я рассчитываю реализовать исследовательский проект, фокусирующийся на крупнейших представителях современного идеализма. Сегодня идеализм рассматривается преимущественно в контексте истории философии и редко воспринимается в качестве жизнеспособного варианта. Большинство образованных людей, да и многие учёные-гуманитарии не подозревают, что существуют философы и в наши дни стоящие на позициях открытого идеализма и разрабатывающие убедительные варианты идеалистической метафизики.

О ком пойдёт речь

Для начала я планирую ограничиться англоязычными идеалистами — Тимоти Спригге (Timothy Sprigge, 1932-2007), Джоном Фостером (John Foster, 1941-2009), Николасом Решером (Nicholas Rescher, р. 1928), Китом Уордом (Keith Ward, р 1938), Джоном Лесли (John Leslie, р. 1940),  Ховардом Робинсоном (Howard Robinson, р. 1945) и Чарльзом Талиаферро (Charles Taliaferro, р. 1952). Хотелось бы также разобрать идеалистические аргументы Лесли Армора (Leslie Armour, 1931-2014), Роберта Адамса, (Robert Adams, р. 1937), Даниэля Хатто (Daniel Hutto, р. 1951), Уве Майкснера (Uwe Meixner, р. 1956), Витторио Хёсле (Vittorio Hösle, р. 1960), Джеймса Шпигеля (James Spiegel, р. 1963) и некоторых других авторов.

Отдельные материалы я надеюсь посвятить идеалистическим элементам в работах многочисленных физиков, биологов и математиков, как Эрвин Ласло (Ervin Laszlo, р. 1932), Фред Алан Вольф (Fred Alan Wolf, р. 1934), Амит Госвами (Amit Goswami, р. 1936), Руперт Шелдрейк (Rupert Sheldrake, р. 1942), Минас Кафатос (Menas Kafatos, р. 1945), Роберт Ланца (Robert Lanza, р. 1956). Обычно их утверждениям недостаёт философской строгости, однако в качестве прозрений, информированных передовыми исследованиями природы, они обладают потенциалом для дальнейшей разработки.

Подробнее о главных героях

Как видно, набирается немало имён, список далеко не исчерпывающий и едва ли получится охватить всех. В первую очередь, я хочу сосредоточиться на семи философах, перечисленных в начале, поэтому кратко представлю каждого из них.

Тимоти Спригге называют последним британским идеалистом. Его метафизика — вытекающая не только из интеллектуальных аргументов, но и пережитого автором опыта — является формой панпсихического идеализма, сильно обязанной Брэдли. Из неё же он выводил свою этическую систему, чрезвычайно чувствительную к проблемам окружающей среды. Есть мнение, что возвращение в англоязычную философию проблемы субъективности и несводимости сознания также его заслуга. Спригге занимал кафедру профессора логики и метафизики в Эдинбургском университете, был президентом Аристотелевского общества. Важнейший труд — «Оправдание абсолютного идеализма» (The Vindication of Absolute Idealism, 1984), последняя и очень значимая работа — «Бог метафизики» (The God of Metaphysics, 2006), среди других работ выделяются труды о теориях существования, основаниях этики, монографии о Сантаяне, Джеймсе и Брэдли. Основной специалист по философии Спригге — Лимон МакГенри (Leemon McHenry).

В отличие от Спригге, идеализм оксфордского философа Джона Фостера восходит к Беркли и комплементарен его христианским (сперва англиканским, затем католическим) убеждениям. В какой-то момент Фостер оказался практически единственным защитником сразу трёх одиозных позиций — теизма, идеализма и дуализма, и сделал больше, чем кто-либо другой для сохранения дуализма в философии сознания и идеализма в христианской философии религии, когда они почти было исчезли. Важнейшие труды — «Доказательство идеализма» (The Case for Idealism, 1982), «Нематериальное Я: защита картезианской дуалистической концепции сознания» (The Immaterial Self: A Defence of the Cartesian Dualist Conception of the Mind, 1991) и «Мир для нас: доказательство феноменалистического идеализма» (A World for Us: The Case for Phenomenalistic Idealism, 2008). Я бы также выделил работу «Божественный законодатель: лекции об индукции, законах природы и существовании Бога» (The Divine Lawmaker: Lectures on Induction, Laws of Nature, and the Existence of God, 2004).

Николас Решер наиболее влиятельный персонаж среди всех перечисленных мной мыслителей. Это невероятный человек, взрастивший поколения философов и существенно повлиявший на ландшафт современной мысли. Корпус его работ превышает сто восемьдесят томов (и он продолжает писать) и охватывает почти все области философии. Наследие Решера неисчерпаемо — это была, разумеется, аллюзия на его концепцию когнитивной неисчерпаемости — но центральным проектом Решера остаётся синтез немецкого идеализма, прагматизма и процесс-философии, дополненный ресурсами аналитической философии и традиционной западной метафизики. Этот синтез — прагматический идеализм, по задумке автора, преодолевает разрыв между идеализмом и реализмом, и вполне тянет на теорию всего. Другим аспектом решерианства является оптимализм — аксеологическое объяснение происхождения и природы мира. Ввиду невероятной плодовитости автора перечислю лишь самые важные сочинения, относящиеся к рассматриваемой теме. Прежде всего, это его трёхтомный magnum opus «Система прагматического идеализма» (A System of Pragmatic Idealism, 1992-1994). Развернутое изложение своей философии Решер впервые представил в «Концептуальном идеализме» (Conceptual Idealism, 1973). Наиболее подробная защита оптимализма содержится в «Аксиогенезисе: очерке метафизического оптимализма» (Axiogenesis: An Essay in Metaphysical Optimalism, 2010). Общая библиография Решера включает сорок пять книг по эпистемологии, семнадцать по метафизике, двадцать по метафилософии, двадцать пять по истории философии, двенадцать по логике и т.д.

Кит Уорд — член Британской академии, экс-профессор Оксфорда, англиканский священник, много лет бывший каноником Крайст-Чёрч. Я нахожу его самым сильным мыслителем, работающим в традиции либерального христианства. Более всего Уорд известен пятитомником по сравнительному богословию (Comparative Theology, 1994-2008) и серией книг об отношениях религии и науки. Он давно позиционирует себя в качестве идеалиста, но до сих пор лишь бегло касался этого аспекта своих взглядов. Ситуация должна измениться в сентябре, когда в Кембридже выйдет его книга «Христианская идея Бога: философские основания веры» (The Christian Idea of God: A Philosophical Foundation for Faith, 2017). Сам Уорд называет её кульминацией своих полувековых философских и теологических поисков. Учитывая намёки автора и уровень его предыдущих трудов, «Христианская идея Бога» должна стать важнейшей за сто лет работой, сочетающей защиту идеализма с христианской философией религии.

Канадец Джон Лесли разработал аксиархизм, своеобразную метафизику, тяготеющую к платонической традиции, схожую — но лишь на первый взгляд — с оптимализмом Решера. Лесли описывает мир как «продукт прямой деятельности этической необходимости» и, будучи последовательным пантеистом, считает, что наиболее правдоподобное описание природы бытия будет напоминать океан бесконечных сознаний. Аксиархизм был контурно изложен им больше сорока лет назад в статье «Теория, что мир существует, потому что должен» (The Theory that the World Exists Because It Should, 1970), за которой последовали книги «Ценность и существование» (Value and Existence, 1979), «Вселенные» (Universes, 1989) и «Бесконечные сознания: философская космология» (Infinite Minds: A Philosophical Cosmology, 2001). Также Лесли написал короткий трактат «В защиту бессмертия» (Immortality Defended, 2007) и монографию «Конец мира: наука и этика человеческого исчезновения» (The End of the World: The Science and Ethics of Human Extinction, 1996), предвосхитившую модную ныне тему исследования экзистенциальных рисков.

Ховард Робинсон, профессор Центрально-Европейского университета в Будапеште, редчайший пример крупного аналитического философа, придерживающегося идеализма. Специализируясь на философии сознания, Робинсон внёс исключительный вклад в разрушение монополии физикализма и возрождение альтернативных подходов. Среди его ранних работ выделяется книга «Материя и чувство: критика современного материализма» (Matter and Sense: A Critique of Contemporary Materialism, 1982). Робинсон также редактировал два очень влиятельных сборника о философии сознания — «Возражения физикализму» (Objections to Physicalism, 1993) и «Современный дуализм: защита» (Contemporary Dualism: A Defense, 2014). Моё же внимание будет сосредоточено на его недавней книге «От аргумента знания к ментальной субстанции: воскрешение сознания» (From the Knowledge Argument to Mental Substance: Resurrecting the Mind, 2016), в которой Робинсон прокладывает дорогу от демонстрации несостоятельности физикализма, через дуализм к идеализму.

Наконец, Чарльз Талиаферро, утонченный христианский философ, входновляющийся наследием кембриджских платоников. Для его мысли характерны инклюзивность, внимание к эстетике и внутреннему опыту. Талиаферро защищает сильную версию теистического идеализма и безальтернативность теизма в качестве метафилософии сознания, способной интегрировать идеализм, дуализм и панпсихизм. Особо отмечу его работы «Сознание и Ум Бога» (Consciousness and the Mind of God, 1994), «Натурализм» (Naturalism, 2008; в соавторстве со Стюартом Готцем) и «Золотую нить: маленькую книгу о секулярном и священном» (The Golden Cord: A Short Book on the Secular and the Sacred, 2012).

Текущее состояние вопроса

В англоязычном мире перечисленные философы пользуются признанием коллег, их идеи обсуждаются, оспариваются и развиваются. Наибольший объём вторичной литературы посвящён Николасу Решеру — это и отдельные монографии, и сборники, и диссертации, и множество статей. В честь Спригге несколько лет назад был издан объёмный сборник очерков, существует также несколько журнальных статей рассматривающих различные аспекты его мысли. Фостеру и Лесли посвящено по несколько статей. Взгляды всех четвертых разбираются в небезызвестной книге «Идеализм: история философии» (Idealism: The History of a Philosophy, 2011). Немало вторичной литературы есть и о Ките Уорде, но его идеализм остаётся неизученным. Хотя мне не попадались исследования, фокусирующиеся на Робинсоне и Талиаферро, сами они постоянно цитируются в работах по философии сознания, метафизике и философии религии. Кроме того, упомянутые авторы не только знали друг о друге, но и находились или находятся в интенсивном диалоге.

Теперь о ситуации в русскоязычном пространстве. О Николасе Решере можно узнать из небольшого параграфа в замечательной книге Джованни Реале и Дарио Антисери «Западная философия от истоков до наших дней» (русское издание — 2003). В конце девяностых вышел русский перевод его статьи «Взлет и падение аналитической философии». Популярное изложение аксиархизма Лесли содержит одиннадцатая глава книги Джима Холта «Почему существует наш мир?» (русское издание — 2016). В 2014 году вышел русский перевод книги Талиаферро «Доказательство и вера. Философия и религия с XVII века до наших дней». Насколько мне известно, не существует ни одной работы на русском языке, в которой обсуждались бы идеалистические взгляды Спригге, Фостера, Уорда, Робинсона или Талиаферро. Более того, насколько мне известно, нет ни одной работы русскоязычных авторов, посвященной Джону Лесли или Николасу Решеру. Последнее особенно выразительно, учитывая, что Решер — топовый по любым меркам философ. Я вёл тройной поиск публикаций, чтобы снизить вероятность пропуска: по базе Google Scholar, РИНЦу и — среди страниц на русском языке — в Google, используя различные способы передачи имён и сочетания ключевых слов. Если вам известны релевантные публикации на русском языке или вы сами занимаетесь аналогичной темой — буду рад узнать об этом (alex@malakhov.link).

Что должно получиться

Окончательный формат станет ясен лишь по факту. Во-первых, я хочу протестировать экспериментальные «протоколы» научной работы, образ которых сформировался в моей голове за последние годы. Во-вторых, реализация этого начинания будет зависеть от некоторых внешних факторов и количества времени, которое удастся на него выделить. Я рассчитываю написать три-четыре исследовательские статьи, пару материалов для широкой аудитории и составить расширенную библиографию. В результате я надеюсь приоткрыть для русскоязычной аудитории современный идеализм во всей его величественности и убедительности.

Стратегическую же цель данного начинания я вижу в создании условий для реабилитации идеализма, что необходимо для воплощения в жизнь моей долгосрочной программы, деталями которой я поделюсь в другой раз.